МЕРЗЛОТОВЕДЫ

Практически вся Антарктида покрыта ледяной шапкой толщиной до 4 километров. И лишь один ее процент занимают так называемые оазисы – вечная мерзлота. Изучать ее – одними из первых в мире – начали мерзлотоведы Российской Антарктической экспедиции.

Стендап: Вот так выглядит обычный антарктический оазис. Здесь ничего не растет, но этот участок суши свободен ото льда. Осадочные породы скапливались здесь тысячелетиями. Поэтому в оазисах Антарктиды хранится уникальная информация об истории не только шестого континента, но и всей Земли.

Холмы Ларсеманна – так называется оазис, на котором расположена российская полярная станция Прогресс. В этот сезон здесь появилась термометрическая скважина глубиной 15 метров…

LIFE буровая установка в работе

…и это самая глубокая скважина в вечной мерзлоте южного полушария. Бурение ведется небольшой портативной установкой с отбором керна. Чем глубже буришь – тем древнее летопись.

LIFE Демидов Никита, начальник отряда мерзлотоведения: Вот минерализованный разрез, который нам удалось выбурить в этом году. 15 метров. Здесь зашифрована история оазиса за 40 тысяч лет.

По окончании сезона, уже в лабораториях, будет проведен целый ряд химических, изотопных и радиоуглеродных анализов, которые позволят расшифровать…

Шмелев Денис, мерзлотовед-геолог:как менялся климат, как приходили ледники или наоборот отступали, как у нас менялся уровень моря, что здесь проживало за последние 40 тысяч лет.

Внутрь скважины опущено несколько датчиков. В течение всего года специальный прибор – логгер – будет записывать данные о температурах на разных глубинах. За восемь лет работы в Антарктиде ученые создали целую сеть мониторинга мерзлых пород южного полушария – термометрические скважины есть на российских станциях Ленинградская, Русская, Беллинсгаузен, Новолазаревская, – и теперь на Прогрессе.

Шмелев Денис, мерзлотовед-геолог: Одна из задач мерзлотоведения – оценить, как мерзлота реагирует на наблюдаемое потепление.

Половина добытых кернов попадёт в руки микробиологов. Ученые попытаются оживить бактерии, которые замерзли десятки тысяч лет назад.

Караевская Екатерина, микробиолог: Да, действительно, есть бактерии в Антарктиде, тут не стерильно, они пролежали миллионы лет и все равно они там есть…

Все это время микробы находились в мерзлоте в состоянии анабиоза. Поскольку мерзлота Антарктиды самая древняя и самая холодная, то и микроорганизмы здесь – самые древние на Земле.

Демидов Никита, начальник отряда мерзлотоведения: Если окажется, что в Антарктиде жизнь в породах возрастом 30 миллионов лет, она есть, это говорит о том, что мы можем найти жизнь в мерзлом виде в мерзлых породах Марса.

Антарктида – говорят ученые – лучший аналог внеземных сред обитания. Отработанные здесь методики потребуются в ближайшем будущем для изучения кернов с Луны и Марса.

Демидов Никита, начальник отряда мерзлотоведения: мы хотим, чтобы Россия занималась на этих планетах не чисто геологией, но и поиском жизни, а где и как искать жизнь – подскажем именно мы, после того, как узнаем, как ведут себя микробные сообщества в мерзлых породах Антарктиды.

В настоящее время уникальные керны находятся в морозильных камерах на судне «Академик Фёдоров» — и уже на пути в лаборатории Большой земли.

Ольга Стефанова, Вести, Антарктида.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *